ДЕНЬ БЛАГОДАРЕНИЯ

На небе - никого, так пусто, так одиноко... Когда вот уже три дня Она не приходит, хочется выть на Луну или... Или... My love just one endeavour to see you...
Они сидели на камнях у реки и громко вздыхали. Над ними пролетела рыба из Фишбургера, пробормотав "well...", Великий Канюка открыл окошко в небе и заскучал вместе со всеми, кому тоскливо. Но разве от этого станет лучше?
А ее нет, нет, нет.
- А что она обещала?
Ляпа посмотрел на него глазами волка. Мириады огоньков рассыпались по траве и зашуршали так странно...
Он бросил свою черную шляпу в реку и она поплыла вниз вместе с праздничными венками и прочей ерундой.
- Но ведь так бывает всегда, когда ждешь так невыносимо...
Глаза полные слез на небо. Так глупо...
Тяпа развлекался тем, что зашвыривал корягу в речной поток и подвывал какие-то непотребные заклинания, от которых его поминутно искрило и от него отлетали огненные шары. Безымянные. Ляпа шел к дому чтобы лечь и не уснуть. Он был уверен, что она не придет, пусть и обещала. Но это ровно ничего не говорит о плохом отношении - мало ли что могло ее сегодня задержать. Она должна прийти потом, наверное... Всему свое время.
И дверь скрипит так ужасно. Говорил этому чудиле, чтобы смазал - так нет, развлекается примитивной магией. Олух.
Сам не заметив, он откусил кусок волшебного гриба и на душе стало совсем погано.

Звезды светили сквозь маленькое окно и оттого в комнате было причудливо и субстанции, трансформированные Тяпой третьего дня, разбежались из банок по комнате и весело беззвучно смеялись. Тяпа уже давно потерял из виду уплывшую шляпу но продолжал уставившись смотреть на речную воду и ничего больше. Когда он понял, что ему просто хочется плакать, он пробормотал упрямо "я никогда больше не буду наивным" и сломал свою любимую веточку. Он понял, что день кончился давно и уже заполночь - пора идти на горку приглашать лунного пса и вести с ним бессмысленные

Он посмотрел наверх и увидел, что она спускается с облака.
В первый момент он ничего не соображал, а потом кинулся - не к ней даже, а к дому - со страшным воплем "ЛЯПА! ОНА ПРИШЛА!"

Барби улыбалась им обоим и махнула рукой
- Милые мои, идите сюда...
- Дарлинг, я сломал твою веточку, - прошептал Тяпа. Не беда, возразила Барби и бросила протянутые ей обломки в речку. Тяпа успел заметить только, что веточка опять находится на прежнем месте.
- Barbie I missed you, - пробормотал Ляпа, наглотавшийся воды из ее отражения.
- Обернись, я здесь, - тихо и грустно позвала она, - ты вечно идешь не в ту сторону. Ляпа вылез из воды и обернулся. Она действительно была в другом месте - на небольшом холме, и когда он увидел ее там, речное отражение исчезло. В этот момент Тяпа стукнулся об небо, бросившись к ней...
- И не там, - произнесла она уже с оттенком усталости.
Наконец их перестало миражить и они смогли приблизиться к ней.
- Real, - улыбнулась она.
- Genuine, - сказали они в один голос. ДРАГОЦЕННАЯ...
- Звать меня Принцесса, а чего - не помню, - она открыла сверток, из которого достала голубую звезду и стала приделывать ее к своей шляпе.
- Дай я тебе помогу, - шагнул вперед Ляпа. Она удивленно посмотрела на него, он почувствовал, как его ударило что-то прямо в сердце и руки сами собой опустились.
Барби думала.
- Наверное, все-таки не надо, - промолвила она. - И вообще, я их боюсь немного. Они не хотят, чтобы я передавала Это кому-нибудь в руки. Прости...
Они развели костер и Тяпа принес из дома три пирожных.
- Гости из метагалактики подарили давеча, - насупленно сказал он. - Хотели тебя видеть, но я сказал, что ты прилетаешь только раз в год.
Барби промолчала. Она разматывала алую ленту по ветру и казалось, ничего во всем огромном мире ее больше не интересовало. Тяпа продолжал рассказывать о грибных наваждениях и лунном псе, который успел его достать за эти дни, что они не виделись, а Ляпа молча и уставившись смотрел на принцессу завороженными немигающими глазами.
- Кажется, я понял, - прошептал он. - Ты улетаешь... улетаешь?
Лента полетела вдоль реки, Барби посмотрела в другую сторону и кого-то позвала едва слышно.
- И не вернешься, - сказал Ляпа совсем мрачно. Ошалевший Тяпа положил в костер свое пирожное и выдохнул:
- Совсем?
- Какие вы глупые, - сказала она. - Нет ничего такого, что совсем. И вообще... Кто-то может уйти вместе со мной, если не испугается...
- Лунный дождь, я помню. И кто же пойдет с тобой?
Она молчала, поправляя голубую звезду.
- Я люблю тебя... - сказал кто-то из них.
Ляпа ощутил, как ему чудится лесная дорога, кладбищенские ограды, внезапный взлет и удушливое разреженное небо.
- Воздух, - прошептал он. - Воздух! Ты же знаешь, мы не можем без...
- А что заменит тебе его?! - посмотрела она на него с вызовом.
- И ты не хочешь, чтобы кто-то шел с тобой, - продолжил он.
- Не хочу, - согласилась она. - Вряд ли кто-то из вас перенесет эту дорогу, и вашей маленькой подружке будет жаль. Поэтому лучше я предложу тебе другое...
Он вздрогнул, как от ожога.
- Нет! - сказал он беззвучно. - Я не хочу.
- Тогда забудь, - сказала она.
Тяпа зачерпнул кружкой речной воды и задумчиво смотрел на нее: пить - не пить?
-Помните, вы просили меня показать, как ловят звезды?
Она улыбалась так, что стало светло. Тяпа молча протянул ей кружку и Барби опустила туда свое золотое кольцо и обернулась к небу.
- Те кто были со мной будьте со мной, - сказала она (Ляпа подумал, что со слезами). Все вокруг поплыло и раздвинулось, он только видел, что из кружки светит яркий луч и потянулся туда...
- Еще нельзя, - сказала она серьезно. - Сгоришь.
Потом в ее пальцах оказался непонятный предмет, от одного вида которого было страшно. Когда они открыли глаза, она достала двумя руками Сияние - такое слабое, что они даже удивились.
- Звезда? - выдохнул Ляпа.
Она кивнула.
- Пусть она останется с вами... на счастье.
Она села у костра и накинула шаль.
- И не ломайте мою веточку, - добавила и снова посмотрела в ту же сторону.
- Милые мои, меня зовут. Не забывайте вашу маленькую подружку - тогда я подарю вам кое-что странное.
Она протянула каждому по завернутому предмету.
- Мне пора, - сказала Барби и поднялась. Ветер ощутимо усилился и бил им прямо в лицо. В этот вечер на небе стало одной звездой меньше, подумал Ляпа, прижимая к сердцу слабое сияние. От второго подарка, который он еще не развернул, было холодно.
- А как ее звали раньше? Ты не скажешь? - он показал на звезду.
Она помотала головой.
Все.

Они очнулись ранним ранним утром на том же берегу. Было сыро и туман подкрался к ним и шептал что-то вроде "ее не было". Но едва он рассеялся, каждый увидел возле себя Ее подарки.
- Это правда, - пробормотал Ляпа в полусне, язык его заплетался. Тяпа подобрал свой сверток и пошел к дому, с горки доносилось недовольное ворчание лунного пса. Остался на ночь один, подумал Тяпа, теперь поди еще съест. Глупо-то как...
Но он обманывал себя. Ему не было дела до лунного пса и вообще до кого-то в этом огромном и безжалостном мире, где так одиноко. Ему было все равно, даже воспоминания оставили его в покое. Не навсегда, конечно, но сейчас...

Утром хуже чем днем, утром сны ни о чем...

Ляпа сидел на берегу и смотрел на рыбу. Он видел ее сквозь воду и даже не удивлялся этому. Больше ничего и никогда не способно было его удивить. Единственное, что его обламывало, так это необходимость идти на званые обеды - сегодня же День Благодарения. Ой как не хочется...
А за горизонтом странность небывалая...
Ничего там нет. Она ушла. Она ушла.
Один из нас может уйти за ней, подумал он. Как я мог, как я мог отказаться. Так ненадежно, но туда... Возможно да...
Зачем я здесь?
Готовить индейку на День Благодарения.

Тихая и безветреная погода располагает к спокойствию и безразличию. Вереск горит в безветрие особенно медленно, но неотвратимо.
Когда поднимается слабый ветер, то хочется невозможного.

Тяпа возвращался на берег, бормоча очередные то ли заклинания, то ли стихи и чувствовал, что его сердце просит еще больше боли. Так, чтобы совсем. Так, чтобы уже никуда. Он знал, что хочет сделать, но не верил в это. Только лунатические шаги приближали его к деревьям - туда, где они несколько месяцев назад...
Он помнил эту ночь. Они с Ляпой развлекали принцессу, показывая ей, как воют волки, и волосы Барби развевались по ветру и она улыбалась, довольная. Он предложил ей сходить в дом, чтобы посмотреть на волшебный цветок, который они с Ляпой вырастили только два дня назад. И повинуясь странному желанию, безжалостно срезал его и отдал ей. Она так странно посмотрела на него, словно обещая не забыть. Он думал, поцелует. Но она просто взяла его за руку и повела обратно.
Он отломал веточку и бросил ее в реку. Словно отрезало его боль и на смену пришла кричащая пустота. Просто ничего...
Ляпа открыл рот, вдыхая воздух. Время резко затормозило и кровь ударила в голову.
- Это ее... - только и мог сказать он.
Рука потянулась к подарку, словно он верил, что теперь отнимут и его. Безжизненные пальцы дернули сверток и он ощутил в руках странный предмет непонятного назначения, который люди обычно называли пистолет.
Он направил его вперед и прицелился в сердце.

Достань до моего сердца, если можешь. Жизнь глупа, а любовь еще глупее. И я не умен.
Я только пытался сделать тебе веселее. И я ничего не хотел взамен.
Выстрел это сигнал к началу праздника. Два выстрела это салют.
И это в твою честь.
(С) Дима Лабрадоров, 1996